26 февраля 2020  |  среда  |  20:26


ТОВАРЫ И УСЛУГИ РЯДОМ С ВАШИМ ДОМОМ!

"ПИТЕРСКИЙ МИКРОРАЙОН"

интервью со звездами  |  цитаты недели  |  архив  |  обратная связь

    Номер:


Скачай себе выпуски "ПМ"  
Архив выпусков газеты "Питерский микрорайон" в PDF-формате

    Он-лайн:


Путеводитель потребителя  



    Новости "Питерского микрорайона"




    Реклама

Расскажи о своих товарах и услугах!

заполни анкету!

И тысячи петербуржцев узнают о тебе!



    ОПРОС

Как отразился на вас финансовый кризис и кто виноват?

 

никак не отразился

 

пока никак, но худшее впереди

 

урезали зарплату

 

уволили с работы

 

подняли зарплату

 

стал меньше курить

 

стал больше курить

 

в кризисе виноваты американцы

 

в кризисе виноваты олигархи

 

в кризисе виноваты мы сами

 

во всем виноват Чубайс



Результаты голосования



Интервью со звездами

№ 11 (164), 27 марта 2008, Все районы

Павел Воля: «Мне не нужно сниматься в немецкой порнушке»

«Гламурный подонок» решил сделать себе на день рождения подарок в виде элитного спорткара Porsche Cayenne. К машине Паша заказал эксклюзивный номер -–«Х 001 АМ». Таким образом, «гламурный подонок» застолбил себе статус первого московского «ХАМа».



– На сколько лет вы себя реально ощущаете?

– Ну, не знаю, не на много, мне кажется. С 18 лет, с 20 где-то, когда наступает вменяемость в голове и легкое такое ощущение жизни, ничего не меняется. Да я и не вижу особой разницы – 23, 25, 29 лет...

– Кто из писателей-сатириков для вас великий человек, глыба? Кого из них вы уважаете прежде всего за юмор?

– Ильф и Петров. Не-понятно, что это за люди были и были ли вообще, но к слогу «Золотого теленка» не придерешься. Не могу сказать, что я преклоняюсь перед ними, но если бы была возможность подойти, в глаза посмотреть, пожать руку...

– Посидеть, выпить…

– Да, водочки попить, я бы с удовольствием это сделал. Жванецкого не знаю лично, но мне кажется, он хороший мужик. Ты про юмор спросила, а вообще нужно четко понимать разницу между сатирой и юмором. Сатира бичует и, кроме противопоставлений, нет ничего: есть какое-то действие и противодействие. И чем неприятнее действие, тем интереснее можно сделать противодействие. От этого людям и становится смешно. А юмор – это еще и снисходительное отношение к самому себе. Сатирики – рэпперы, которые бичуют всех, а юмористы – это скорее попса.

– Как вы развлекаетесь?

– Смотрю периодически фильмы, так называемые три в одном. У тебя бывает такое – пришла, начала смотреть, уснула, на следующий день все сначала – пришла, отмотала, посмотрела, уснула? Как-то так. Хотя бывают фильмы хорошие. Кино как искусство и кино как бизнес – это очень разные вещи.

– А что тогда в вашем мире искусство?

– Искусство – это то, на что у людей нашлось время помимо их повседневных бытовых нужд. То есть написать картину не для того, чтобы продать, а просто потому, что не можешь этого не сделать. Искусство – это то, на что у меня, человека смертного, не нашлось бы времени, желания, настроения. И я придумал бы тысячу вещей, чтобы этим не заниматься. Нашлось время у тех, кто Парфенон построил. И да Винчи нашел время на кучу изобретений. Вот это искусство.

– В «Самом лучшем фильме» вам приходится играть поначалу образ героя-любовника, а затем – адского сексуального маньяка. Какой из них вам ближе?

– Начнем с того, что мой образ – собирательный. Это не конкретный человек, а вся российская эстрада, которая, точно так же, как мой герой, в итоге всегда оказывается не тем, чем пытается казаться. И если говорить о герое-любовнике, любой парень гораздо более герой и гораздо более любовник, чем мой жалкий персонажик. А уж я-то тем более дам ему фору! Мне для этого даже не нужно сниматься в порнушке с немецкими режиссерами.

– Порнушке?

– Да, у нас там есть в конце отличная сцена с немецкой порнушкой. Девочки, писи – все, как положено.

– В каких сценах в фильме вы нравитесь себе больше всего, а в каких – меньше?

– Совершенно отвратительные сцены, в которых я лысый. То есть, сами по себе это сцены хорошие и смешные, но у меня там вид, прямо скажем, отвратный. Да и в целом, я не люблю смотреть на себя на экране, мне вообще не нравится, как я выгляжу.

– Вы часто меняете прическу?

– Когда-то давно я покрасил волосы. Как это называлось – мелирование? Да! Были шапочки такие резиновые с дырочками. И нормальные такие ребята-натуралы приходили, надевали эти шапочки. Смешно, конечно. А господин парикмахер, как хирург, вытаскивал крючочком отдельные волосики из дырочек. И ты становишься как одуванчик, сидишь в этой шапочке как дебил. А три года назад меня Зверев покрасил в какой-то нереальный цвет. Да, еще у меня африканские косички были. Я выглядел как хищник. А вот буквально три дня назад меня мама подстригла – я домой ездил. Нормально, мне нравится.

– Где вам труднее работать: на сцене «Камеди клаб» или в кино?

– Это совершенно разные задачи. В моем случае на сцене я обязан веселить зрителя, и поэтому волен выступать по ситуации. А в кино надо сыграть конкретно то, что надо сыграть. В этом большой плюс для профи и, если ты непрофессионал вроде меня, – минус, который надо превращать в плюс…

– Ваши шутки бывают жесткими и даже жестокими. Часто ли вам приходится выяснять отношения с теми, кто не понял юмора?

– Это самый часто задаваемый вопрос. Всем другим людям задают вопросы про творческие планы, а мне – били мне морду за шутки или нет. Отвечаю в 138-й раз, и те, кто еще не выучил ответ на этот вопрос из двухсот предыдущих интервью, пусть сделают татуировку с этим ответом. Я никогда не имел разборок с людьми, о которых… простите, с которыми мы вместе шутим, может быть, даже и на их тему. Потому что эти люди имеют право голоса, сидя в «Камеди клаб», право ответа – ответа в первую очередь мне. И, кроме того, уверяю вас, что каждая Катя Лель сама знает цену своему альбому. И вообще, я, если честно, думаю, что весь мир, и особенно Россия, состоит из адекватных людей, которые, как писал Салтыков-Щедрин, первое, что делают, – смеются над собой.


– Кто вас назвал «гламурным подонком»?
– Это давным-давно Таш ляпнул на какой-то вечеринке в «Манере». Все посмеялись над этим – и как-то примотало.



– Для гламурного подонка значимы духовные ценности?

– Я думаю, что достаточно просто не совершать плохих, злых поступков. Не идти, конечно, против своих принципов, но и не делать людям плохо, не мстить, не обижаться, не гонять в голове фигню и все. Вот она – духовность. Можно ли меня назвать духовным? Не задумываюсь об этом. У меня четкое разделение: хорошо – плохо, да – нет, вот так я делаю, а так не делаю. Как животное живу, не скитаюсь внутри себя, не мечусь. Откуда знаю я – человек, букашка, – как надо жить? Идеального решения все равно нет, поэтому зачем мучиться. Вот и живу интуитивно.

– К выступлениям в роли ведущего «Камеди» напряженно готовитесь?

– О-о-о-очень напряженно. Я не сплю по 8 суток, не ем по 12 дней.

– Как новых резидентов принимают в Comedy Club? Это решение только продюсеров проекта или в обсуждении кандидатур принимают участие все резиденты?

– Все вечеринки, которые проходят в регионах, записываются на видео. Записи уже в ближайший понедельник оказываются у наших редакторов в Москве. Они все это дело просматривают и выбирают будущих звезд.

– И как вам удается поддерживать себя в такой форме? Есть ли какая-то диета от Павла Воли?

– Вот вам диета от Павла Воли: родиться в семье Алексея и Тамары Воля и потом с 11-го класса, имея вес 60 кг и не понимая ни того, что с тобой происходит, ни метафизических процессов, которые происходят со всеми остальными, иметь эти 60 кг и постоянный рост. Я не толстею, не худею, не поправляюсь, могу жрать, могу не жрать, могу очень долго лежать дома, могу бегать стометровку, могу ходить в спортзал и заниматься сексом 200 раз в день – и ничего не будет.

– Перед выходом на сцену Павел Воля всегда курит. Что это значит?

– Это означает приблизительно то, что Павел Воля – курящий человек. Он очень сильно волнуется перед выходом, поэтому разряжается. Конечно, это уже, наверное, часть какого-то образа. Но те, кто со мной работает и долго меня знает, могут авторитетно ответить, что Павел Воля курит везде, где ему заблагорассудится, телевидение не является исключением.

– Вызывал ли директор школы ваших родителей из-за плохого поведения?

– Ни разу в жизни не вызывали, зато два раза я был сам директором школы – так проходили дни самоуправления в школе. А как директор может вызвать родителей директора?!

– Представляли ли вы себе ситуацию, что придется оставить шоу-бизнес и идти работать по специальности – учителем русского языка и литературы?

– Я никогда не представлял ситуацию, что в шоу-бизнесе можно «оказаться». Я себя до сих пор не представляю в шоу-бизнесе и поэтому не могу сказать, что такое «оказаться вне него». Ребята, мне, по большому счету, все равно! Зачем я должен думать о лишних вещах? Мужчина, если он не трус, не должен думать о подобных вещах. Жизнь заставит – не так раскорячишься. Я мог бы работать даже кочегаром. Учителем, водителем, да кем угодно. Вопрос в другом: Бог нам дает то, что дает.

– Как будет складываться ваша дальнейшая карьера? Будете сниматься в фильмах или вернетесь в юмористические программы?

– Я своего будущего не вижу. Если бы я видел свое будущее, я бы был очень богатым человеком, который обманул всех. Но я не понимаю, в чем мое будущее. Выпустили прекрасные, замечательные, на мой взгляд, альбомы «Респект и…» и «…и Уважуха», два CD. Если меня спросят, видите ли вы свое будущее музыкантом, то я отвечу: не знаю. Если найдется какое-то количество людей в стране, которым это будет нужно, то, наверное, я буду видеть себя музыкантом. Если кто-то скажет, что «Самый лучший фильм» – это прекрасный фильм, и давайте на него ходить, наверное, я буду актером. Но я всегда оставляю за собой право быть тем, кем я хочу. Я животное, я иду по лесу и стараюсь не попадать в капканы.

– Боитесь ли вы високосного года?

– Я человек верующий и думаю, что верить во всякие приметы – грех. Но, так как мы живем в современном обществе и каждый день слышим про черную кошку и все остальное, есть какие-то нюансы. Это не столько приметы, сколько привычка. На черную кошку мне плевать, но когда падает сценарий, я сяду на него, есть такая примета. Я не понимаю, для чего я это делаю. И вообще, если веришь в лучшее, при чем тут черная кошка?

– А вы какую-нибудь часть тела хотели бы застраховать?

– Не знаю, смотря с какой целью. Наверное, мозг бы было неплохо застраховать. Не в плане того, что он у меня такой ценный, просто, думаю, первое, что случится плохое, оно произойдет с мозгом. Если откажет мозг – это атас!

– Для вас жизнь – это своего рода театр, а вы в ней актер? На сцене «Камеди» вы непредсказуемый, бросающий вызов залу «Гламурный подонок». А какой вы на самом деле?

– Ранимый, угрюмый, толстый, старый человек.



Ника ЧУДАЛОВА

назад

интервью со звездами  |  цитаты недели  |  архив  |  обратная связь

наверхнаверх

© "Питерский микрорайон" | 2006


    Biramax 2005-2017  

При цитировании информации гиперссылка
на данный сайт обязательна


Rambler's Top100